Понедельник, 18.12.2017, 23:34
Приветствую Вас Гость | RSS

Отечество нам - УПИ!

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Посетители
счетчик посещений
Форма входа

Каталог статей

Главная » Статьи » Мои статьи

Царские расказачивания Ч 2.

  29 декабря 1773 г. пугачёвцы захватили в плен в семи верстах от города посланный Симоновым в разведку отряд казаков старшины Мостовщикова. 30-го в плен попали две сотни сотника Дмитрия Логтнова. К этому времени Уральск окружили три тысячи казаков, киргизов (казахов) и башкир.

  31 декабря 1773 г. войско Пугачёва ворвалось в город. Верные Екатерине казаки и солдаты укрылись за валом в кремле близь Собора. Гарнизон кремля насчитывал около тысячи человек. Ежедневно осаждённые отбивали с утра до вечера атаки пугачёвцев.

  Карпов пишет:

 – Тысячи озлобленных людей шли на штурм. Жёны, одетые в казацкое платье, шли рядом с мужьями, с саблями и кинжалами в руках. Они так же смело и храбро лезли на вал как и их мужья и братья. Шли и дети на штурм. А среди них с копьём в руке шёл сам «великий государь Пётр III».

    Груды трупов покрыли площадь кремля. Полосою лежали они во рву. В кремле, забившись в угол, среди рукопашной схватки на руках у матери был четырёхлетний сын капитана Крылова, будущий великий баснописец.

  Четыре месяца от пуль, сабель и ядер; от голода, холода и болезней гибли защитники кремля, женщины и дети, но не сдавались. Помощи ждать было неоткуда. Вокруг кремля казаками были возведены высокие валы и батареи, а за ними шли узкие улицы, на которых защитников ждала неминуемая смерть. На военном совете гарнизона было принято решение пробиться силою или умереть с оружием в руках. 16 апреля 1774 г.  полуживые солдаты, как тени, надевали свою амуницию, заряжали ружья и готовились к бою-смерти.

  В полдень часовой с крыши Собора увидел на дороге к городу облако пыли. Как скакали казаки к городу и стали собираться в круг. Шумным был круг, казаки испугались. К городу шёл из Оренбурга отряд генерала Мансурова.

 Поняв, что против генерала им не устоять казаки схватили своих главарей Каргина и Толкачёва и толпою направились к кремлю. Осаждённые ждали штурма, но казаки стали молить их о пощаде и сдали своих вождей гарнизону. Казачки принесли хлеб и другую еду голодным защитникам.

  17 апреля 1774 г. под барабанным боем вошёл в Уральск отряд генерала Мансурова. Каргина, Толкачёва, Горшкова и красавицу-казачку Устинью Кузнецову – жену «батюшки государя» под крепким караулом отправили в Оренбург. Начала работу следственная комиссия. Казаков пытали тяжкими муками, заковывали в цепи.

  И бежали казаки на вольную Волгу, в степи, в тайные скиты в отрогах Большого Сырта, где можно было схорониться у старообрядцев. Карпов пишет:

  – Собирались там, далеко от пыток и палачей под царское голштинское знамя. Где разливался кровавою волной мятеж, где всюду царило пламя озлобленного бунта, где перед дикою и буйною силой горела Казань и лежала свободною дорога на Нижний и Москву. А там, в Москве, восемьдесят тысяч закрепощенной и обнищалой черни ждали со дня на день своего заступника «батюшку Петра Фёдоровича». Сама императрица Екатерина была неспокойна в своём дворце.

  Жестокой и кровавой была Народная война, охватившая Башкирию, Поволжье, Южный и Средний Урал, Западную Сибирь и Дон. Основной социальный состав восставших это казаки, крестьяне, кочевники, ремесленники и рабочие. Так отряд под водительством уральского рабочего И. Н. Белобородова действовал в районе Екатеринбурга. На Урале восстали почти 60 заводов. Рабочие присылали Пугачёву пушки и боезапасы к ним. Успешно действовали отряды рабочих под руководством Арапова и Дербетева, занявшие Бузулук, Самару и Ставрополь на Волге. Ударной и наиболее подготовленной силой восставших были казаки.

  Национальный состав – самый разнообразный: русские, украинцы, башкиры, татары, калмыки, казахи, мордва, чуваши и т. д.

  Цели и задачи восстания, понятные народу, были чётко сформулированы в пугачёвских манифестах, которые А. С. Пушкин назвал «удивительным образцом народного красноречия» – освобождение от крепостной неволи, наделение крестьян землёй и правами, уничтожение дворянства, сохранение старинных казачьих вольностей, верований и привилегий.

   Восставшими были захвачены города Уральск, Пенза, Саратов, Казань, Сарапул, Красноуфимск, Челябинск, Курган и др. В осаде оказались Оренбург,  Шадринск, Царицын.

  Повстанцев постоянно преследовали правительственные войска, неоднократно терпевшие поражения от восставших, но, тем не менее, продолжавшие борьбу с ними.

Екатерина II на место разбитых правительственных сил присылала новые, с новыми генералами.

  У Татищевой крепости состоялось генеральное сражение между войсками Пугачёва и генерала Голицына. Бой продолжался несколько часов. На этот раз восставшие потерпели поражение и потеряли более тысячи убитыми. Пугачёв снял осаду Оренбурга и увел оставшиеся силы в Башкирию и Южный Урал.

  Пушкин описывал, как весной 1774 года вскрылся Яик и мимо форпостов поплыли трупы убитых под Татищевой крепостью казаков. «Плывут они, замёршие, окровавленные, и колыхаются под водой. Выходят казачки и жадными очами смотрят они на плывущие трупы и ищут среди них своих, дорогих их сердцу, людей. Вот старая, седая, сгорбленная казачка Яика и ловит один труп за другим, пригребает она их к берегу и приговаривает: «Не ты, ли моё детище? Не ты ли, мой Стёпушка? Не твои ли чёрные кудри свежа вода моет?» Смотрит, и видя лицо незнакомого, тихо отталкивает труп».

  17 сентября 1774 года по Большой улице Яицкого городка провезли толпу связанных казаков и среди них самого «государя Петра Фёдоровича». А через насколько дней в городок прибыл сам генерал Суворов Александр Васильевич. На пороге комендантской канцелярии встали друг против друга «великий вор и злодей» – Емельян Пугачёв и гениальный полководец Александр Суворов. Суворов «с любопытством расспрашивал славного мятежника о его военных действиях и намерениях». Допрашивал Пугачёва тут и лейб-гвардии поручик Г.  Р. Державин, впоследствии знаменитый русский поэт.

  Потом закованного в кандалы Пугачёва посадили в деревянную клетку, установленную на двухколёсной телеге, и под конвоем двух рот пехоты и казаков с двумя пушками во главе с Суворовым повезли из городка.

  10 января 1775 года в Москве были казнены на Болотной площади главные виновники мятежа. Пугачёву и Перфильеву отрубили головы и у мёртвых – руки и ноги. Шигаева, Падурова и Торнова повесили. Чику-Зарубина повезли казнить в Уфу. Тела казнённых были сожжены и пепел развеян по ветру. Москвичи плакали. Они надеялись, что прибудет в последний момент сама императрица Екатерина и помилует приговорённых. Но царица так и не пришла.

  В конце января вышел Указ Государыни Екатерины II.

  – Указ нашему Сенату.

  На всеподданнейшее прошение нашего генерала Потёмкина, учинённое именем всех испытанных в ревности и усердии войска Яицкого чинов, кои во время известного неустройства некоторых из событий их в верноподданической своей должности остались непоколебимыми, равным образом и тех, кои, познав тягость содеянного ими вероломства с чистосердечным возвратились раскаянием, всемилостивейше повелеваем для совершенного забвения сего на Яике последовавшего нещастного происшествия, реку Яик, по которой как оное войско, так и город его название своё доныне имели, по причине той, что оная река проистекает из Уральских гор, переименовать Уралом, а потому и оное войско наименовать Уральским и впредь Яицким не называть, равно и Яицкому городку называться отныне Уральским, о чём Сенат имеет публиковать.

Екатерина. 

  – А, каков язык!!! (Прим. Авт.)

  Но вот загадка. Этот вопрос задаёт Карпов.

  – Так кончились кровавые Пугачёвские дни. И знала только одна императрица Екатерина, почему она простила своё Яицкое войско. Знала только одна она, кто руководил Пугачёвым, кто прислал к нему из Петербурга настоящее царское Дельвичева драгунского полка знамя. Унесла ли она эту тайну с собой в могилу или лежит эта тайна до сих пор где-нибудь в тайниках петербургских архивов?

  Пошли годы. Постепенно стали отменять расказачивание. Не стало в Уральске регулярного гарнизона и коменданта. Вместо комендантской стала опять Войсковая канцелярия, вместо назначаемых комендантов стали управлять казаками свои наказные войсковые атаманы. Только вот, не стало у казаков артиллерии, её отобрали.

  Закончились ли на этом расказачивания? К сожалению, нет. По разным поводам по- прежнему бузили казаки и, как и прежде, наказывали их власти за непокорность. Приведём краткий перечень событий.

  В 1803 году казаки протестовали против очередного «штата» – службы по очереди и введения построения во фронт. Затем  против введения однообразной формы одежды на манер солдатской.

  Новый штат требовал сформировать 10 полков по 500 человек каждый. Полки должны иметь номера с 1 по 10-й. Выступать полки должны по мере требования правительства. Каждый казак должен нести службу по очереди, а не по найму. В войске должна быть единообразная форма одежды и оружия. Вводились новые формы управления и организации войска. Атаман утверждался Высочайшей властью. В Уральске создавалась должность полицмейстера.

  Казаки разделились на две части: «согласных» и «несогласных» с новым штатом.

  В ноябре 1803 года прибыл в Уральск из Оренбурга князь Волконский с ротой солдат и командой башкир с 8 или 12 пушками. Несогласных со штатом казаков стали раздевать и бить нагайками. «Сделалось побоище страшное. Ни у одного казака не осталось живого места на теле. Избили всех до полусмерти. Наиболее упорных связали и развезли по караульным домам», – описывал побоище И. Железнов, чиновник Войскового архива.

  Руководил расправой казаков майор Кочкин. С той поры называется это событие «Кочкин пир», а на месте экзекуции казаки поставили три креста, которые простояли до 1872 года и были убраны при дальнейшем расширении города.

  Потом началось следствие. Зачинщиков Ефима Павлова, Сеита Байтанова и многих других прогнали сквозь строй в три тысячи ударов, поставили клейма, вырвали ноздри и сослали навечно в каторжные работы. Других прогнали сквозь строй и сослали в Сибирь или отдали в солдаты. На вопрос Волконского «каких родов» он, Павлов гордо отвечал: «Я не царских и не боярских, а я – Стенькин Разина сын». С неугомонным правдоискателем мы ещё встретимся…

  В 1804 году приключилась новое «неустройство». Все церкви в городе бывшие до этого старообрядческими переименовали в единоверческие. Много ушло тогда казаков из них и стали молиться они по домам, чтобы не слышать «никонианских» священников, чтобы не видеть нарушений привычных для них обрядов.

  В 1806-7 годах отголоски Кочкина пира взбунтовали казаков снова. Не желая мириться со штатом, они отказались даже брать причитающееся им по штату жалование. Беспорядки были серьёзные:  117 казаков наказали шпицрутенами и  сослали в Сибирь.

  В 1808 году в городе были выстроены солдатские казармы для местного гарнизона, который был учреждён ещё Екатериной II  «на всякий случай». Батальон, размещавшейся в них недвусмысленно назывался «экзекуционным». Казармы выполняли и роль тюрьмы. Кроме казаков, здесь томились в разное время ссыльные революционеры З. Сераковский, А. Н. Плещеев, А. В. Ханыков и  поэт Т. Г. Шевченко.

  В 1825 году пришло требование направить от войска 104 человека в Московский полк взамен больных и неспособных нести службу. Снова заволновались казаки. До сих пор не было такого. По тому же штату полк обыкновенно уходил на службу и целиком возвращался домой без всякого пополнения. Казалось бы что казни, ссылки и жестокие наказания должны были уже образумить казаков. Ан, нет!

  Собрались в круг и заявили Войсковому атаману Назарову:

   – Полк дадим, а сотню не дадим! Это требование незаконно!

  Уехал атаман с круга – и снова следствие и расправы. Судили 50 человек. Из них 40 наказали: служащих казаков прогнали сквозь строй через 1000 человек по три раза, остальных – через 500 человек один раз.

И. Самочеляев

Категория: Мои статьи | Добавил: ИСамочеляев (18.01.2015)
Просмотров: 185 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Поиск
Аудио
Новости
Видео

Copyright MyCorp © 2017
Создать бесплатный сайт с uCoz